Изъятие активов приводит к распаду бизнес‑империй и перераспределению богатства в пользу более лояльных к власти групп, отмечают аналитики. Рост таких практик вызывает растущую тревогу у российских предпринимателей и миллиардеров.
Дело «Русагро" и масштаб изъятий
В одном из резонансных дел Хамовнический суд в начале мая удовлетворил требование о передаче государству более половины акций ПАО «Группа Русагро». Кроме того, с банковских счетов владельца были конфискованы крупные суммы в рублях, долларах, евро и юанях.
Эти события не остались без внимания деловой элиты: по данным публикаций, часть самых богатых россиян имеют или имели тесные связи с системой власти, и пример с изъятием активов воспринимается как сигнал о растущих рисках для крупного бизнеса.
Рост объёмов конфискаций
По данным профильного адвокатского бюро из Москвы, только за прошлый год в делах, обозначенных государством как «антикоррупционные», было конфисковано около 1,1 трлн рублей — примерно в восемь раз больше, чем в предыдущем году. Эта сумма составляет значительную долю от общего объема изъятий.
Эксперты о перераспределении
«Антикоррупционные судебные иски становятся не просто инструментом борьбы с коррупцией, но и движущей силой перераспределения активов в пользу государства», — отмечает Илья Шуманов, управляющий партнер компании по корпоративной разведке TriTrace Investigations.
После решений судов сельскохозяйственные активы в ряде случаев оперативно уходили в управление дочерних структур государственных банков всего за несколько дней.
Кто выигрывает от национализаций
Аналитики указывают, что бóльшая выгода от таких процессов достаётся тем, у кого более тесные связи с властью. В ряде материалов концепция «мягкой национализации» связывается с отдельными бизнес‑группами, которые в итоге получают контроль над стратегическими объектами или расширяют своё присутствие на рынке.