Правозащитники заявляют о постановочных кадрах задержаний и признаний со стороны ФСБ.
По данным доклада, силовики систематически снимают ролики по политическим делам; значительная часть кадров — постановочная.
Авторы считают, что такие видеоматериалы призваны запугивать оппонентов, демонстрировать силу ведомства и навязывать свою версию событий.
К середине 2026 года упоминания ФСБ в телеграм‑каналах, где встречаются такие ролики, увеличились в 2–3 раза по сравнению с довоенным периодом, а доля материалов с видео почти удвоилась.
В записях повторяются одни и те же сцены: оперативная съемка, задержание, обыск, перевозка и признание; кадры задержания и признания присутствуют в большинстве материалов.
По данным правозащитников, признаки постановки наблюдаются примерно в четверти сцен задержания.
Пример — дело рязанского анархиста Руслана Сидики: он утверждал, что полицейский просто пригласил его в отдел, а на видео зафиксировано задержание среди гаражей.
Еще один пример — волонтера Красного Креста Юрия Каева, осужденного на 14 лет, которого вывели на задержание спустя месяц после реального ареста; ему выдали чистую одежду и сумку, после чего попросили «выйти на улицу» и упасть.
Признания на камеру часто записывают повторно и меняют текст; есть истории о неискренних раскаяниях и повторных допросах.
Записи используются и для давления на родственников задержанных; авторы доклада считают это продолжением репрессивных практик силовых структур.
