Несмотря на острый дефицит рабочих рук, российские власти последовательно ужесточают правила въезда и пребывания иностранцев. Новые требования затрагивают доходы, сроки проживания, госпошлины и цифровой контроль — что меняется и к чему это может привести.
26 июля были утверждены очередные изменения миграционного законодательства. Одно из главных нововведений — требование, чтобы иностранец и его семья обеспечивали себя на уровне не ниже прожиточного минимума с учётом регионального коэффициента. В Москве это сейчас около 22 112 рублей на взрослого и 19 677 рублей на ребёнка. Кроме того, по достижении 18 лет у детей мигрантов теперь меньше возможностей оставаться в стране без собственной работы; введены также обязательные авансовые платежи по НДФЛ.
Большинство новых норм начнут действовать с 1 января 2027 года. Уже с 26 июля заметно выросли госпошлины: за получение гражданства — до 50 000 рублей, вида на жительство — до 30 000, а разрешений на временное проживание и на привлечение иностранного работника — до 15 000 рублей.
Ужесточение правил власти объясняют необходимостью усиления безопасности. За последние годы законодательство в миграционной сфере значительно ужесточилось: по оценкам представителей власти, число соответствующих законов выросло многократно.
Точных данных о том, сколько рабочих потерял российский рынок из‑за новых правил, нет: многие статистические показатели закрыты. По имеющимся официальным сообщениям, за год число иностранных граждан в стране сократилось примерно на 700 тысяч — с 6,8 млн до 6,1 млн.
Это происходит на фоне демографического снижения: по прогнозу Росстата, в 2025–2031 годах естественная убыль населения может составить несколько миллионов человек. На этом фоне ограничение притока рабочей силы выглядит противоречивым, однако у власти свои приоритеты.
В чем суть новой миграционной политики России
В официальных документах новая политика декларирует смену акцентов: если ранее привлечение мигрантов рассматривалось как один из путей увеличения численности населения и развития экономики, то теперь в центр ставят отбор по ценностям и «целевой» набор. На ПМЖ власти хотят прежде всего привлекать соотечественников и иностранцев, которых считают разделяющими «традиционные российские духовно‑нравственные ценности». Трудовые мигранты из других стран предполагаются в основном на определённый срок и, по возможности, без семей.
Для граждан стран с безвизовым режимом срок временного пребывания уже сокращён со 180 до 90 дней в году. Обязательным условием для устройства ребёнка в школу стало успешное прохождение экзамена по русскому языку. Сотрудникам правоохранительных органов расширены полномочия по выдворению мигрантов во внесудебном порядке: перечень оснований для выдворения стал шире и включает расплывчатые формулировки вроде «неповиновения» или «мелкого хулиганства».
Как мигрантов берут под цифровой контроль
Идеальный мигрант в новой модели — временный работник, прибывший по приглашению конкретного работодателя и остающийся в пределах выделённого срока. Пока он в стране, за ним хотят вести постоянный учёт с помощью цифровых инструментов.
С 2026 года для оформления сим‑карты иностранцу потребуется предоставлять СНИЛС, иметь учётную запись на портале госуслуг и сдавать биометрические данные. Также введена обязанность привязывать SIM‑карты к IMEI конкретных устройств — шаг, значительно облегчающий отслеживание перемещений.
В ряде регионов идёт эксперимент с приложением, передающим геолокацию мигрантов. Если данные не поступают несколько дней подряд, иностранца снимают с миграционного учёта; чтобы подтвердить присутствие телефона, систему просят подтверждать селфи. В перспективе обсуждается обязательная покупка специальных смартфонов с «электронным профилем», позволяющих контролировать перемещения и перемещения мигрантов между населёнными пунктами.
Агрегация данных планируется в единой системе «цифрового профиля иностранного гражданина», которая была официально запущена в 2026 году. Представители ведомств говорят о повышении эффективности управления миграцией, тогда как независимые эксперты предупреждают, что подобное профилирование в условиях ограниченных гарантий прав человека создаёт риски для дискриминации, эксплуатации и репрессий, сокращая возможности для защиты и протеста.
