У здания штаб‑квартиры одной из ведущих американских ИТ‑компаний в Вашингтоне в апреле 2026 года проходила акция против сотрудничества корпорации с иммиграционными и таможенными службами США.
Крупная технологическая компания из США, разрабатывающая программное обеспечение для армии и миграционных ведомств, опубликовала манифест из 22 пунктов, в котором излагает свое видение «новой эры сдерживания» на базе искусственного интеллекта.
Текст манифеста был выложен 18 апреля 2026 года в официальном аккаунте компании в соцсети X с пометкой, что это «краткое резюме» книги генерального директора и сооснователя корпорации под названием The Technological Republic («Технологическая республика»), написанной им совместно с руководителем по корпоративным вопросам. Книга вышла в 2025 году и, по словам авторов, должна заложить теоретическую основу для дальнейшей деятельности компании.
Главные тезисы манифеста
1. Технологический сектор, возникший благодаря возможностям, созданным государством, якобы находится в «моральном долгу» перед страной. Инженерная элита должна, по мнению авторов, напрямую участвовать в обороне государства.
2. Авторы призывают «восстать против тирании приложений», утверждая, что смартфоны и массовые потребительские сервисы сузили представление общества о технологическом прогрессе и возможностях цивилизации.
3. Одних только бесплатных цифровых сервисов вроде электронной почты недостаточно, чтобы оправдать культурный и политический упадок: любая элита, считают они, должна обеспечивать экономический рост и безопасность общества.
4. «Мягкой силы» и морализаторской риторики, по мнению авторов, больше не хватает. Победа демократических обществ, как утверждается в тексте, требует «жесткой силы», которая в XXI веке будет базироваться на программном обеспечении.
5. Вопрос, по их формулировке, состоит не в том, появится ли оружие на базе ИИ, а в том, кто и с какими целями его создаст. Противники, говорится в манифесте, не будут устраивать публичные споры о допустимости военных технологий, а просто займутся их разработкой.
6. Одно из самых спорных предложений — сделать военную службу всеобщей обязанностью. Авторы призывают отказаться от полностью добровольной армии и вступать в будущие войны только при условии, что риск и издержки разделяет всё общество.
7. Компания заявляет, что общество обязано обеспечивать военнослужащих лучшим вооружением и программным обеспечением, даже если при этом продолжаются бурные споры о допустимости военных операций за рубежом.
8–11. В ряде пунктов манифеста содержится критика отношения к госслужбе и публичной политике. Утверждается, что государственным служащим платят недостаточно, к политикам относятся чрезмерно жестко, а общество слишком стремится «уничтожать противников» и злорадствовать по этому поводу вместо того, чтобы относиться к поражению соперника как к поводам для раздумий.
12. Авторы объявляют, что «атомный век заканчивается», а его место занимает новая система сдерживания, основанная на ИИ и программных решениях.
13–14. В документе подчеркивается, что ни одна страна якобы не продвигала прогрессивные ценности сильнее, чем США, и что американская мощь обеспечила «необычайно долгий» период без прямого столкновения великих держав, от которого, по их мнению, выиграли миллиарды людей.
15. Особое внимание уделяется послевоенной политике в отношении Германии и Японии. Ослабление Германии описывается как «чрезмерная реакция», за которую Европа якобы теперь расплачивается, а приверженность пацифизму в Японии, по мнению авторов, может изменить баланс сил в Азии.
16. Авторы призывают «аплодировать» предпринимателям, которые пытаются реализовывать масштабные проекты там, где рынок якобы бессилен. В пример приводится Илон Маск: по их мнению, культура необоснованно высмеивает его амбиции, будто крупные предприниматели должны думать лишь о собственном обогащении.
17. Технологический сектор, говорится в тексте, должен активнее участвовать в борьбе с насильственной преступностью, поскольку многие политики в США якобы избегают непопулярных, но необходимых решений.
18–19. В документе осуждается «безжалостное вмешательство» в личную жизнь публичных фигур, которое, по мнению авторов, отталкивает талантливых людей от государственной службы и поощряет к власти «пустых» и малоэффективных лидеров. Также критикуется атмосфера осторожности, когда люди стараются не говорить ничего спорного и в итоге «не говорят ничего важного».
20. Отдельный пункт посвящен «нетерпимости к религии» в части элитных кругов. Авторы утверждают, что это свидетельствует о закрытости продвигаемого ими политического проекта.
21. Один из наиболее вызывающих тезисов — утверждение, что одни культуры и субкультуры создали «чудеса», а другие остались «посредственными, регрессивными и вредными». По мнению авторов, нынешняя установка на равенство культур и запрет на их критическую оценку — ошибочна.
22. В заключении авторы выступают против того, что называют «поверхностным плюрализмом»: по их мнению, в США и на Западе слишком долго избегали четкого определения национальной культуры во имя инклюзивности, не отвечая на вопрос, что именно должно быть включено в это понятие.
ИИ и военные технологии
Значительная часть манифеста посвящена будущему военных технологий и роли искусственного интеллекта. Авторы подчеркивают, что вопрос стоит не о самом факте появления оружия на базе ИИ, а о том, в чьих руках оно окажется и с какими целями будет использоваться. Они утверждают, что потенциальные противники не станут устраивать долгие публичные обсуждения вокруг этичности таких разработок, а сосредоточатся на практическом внедрении.
Иерархия культур и критика инклюзивности
Отдельные пункты документа касаются культурной политики. Авторы утверждают, что современный Запад якобы отказывается от оценочных суждений о культурах и субкультурах во имя инклюзивности, но при этом игнорирует различия в их вкладе в развитие цивилизации. В тексте открыто говорится о превосходстве одних культур над другими и критике современного плюрализма.
Реакция медиа, философов и политиков
Публикация манифеста вызвала дискуссии в технологическом сообществе и в зарубежных СМИ. Журналисты обратили внимание, что одним из самых провокационных пунктов стала идея вернуть обязательный призыв на военную службу в США, отменённый после войны во Вьетнаме. Также отмечалось, что аргументы о «ценности западных культур» перекликаются с риторикой правых радикалов и содержат критику культурной инклюзивности и плюрализма.
Бельгийский философ технологий Марк Коэкелберг, преподаватель Венского университета, назвал этот текст «примером технофашизма».
Глава международного расследовательского проекта Bellingcat Элиот Хиггинс, комментируя пункт о «более ценных» культурах, обратил внимание, что принятие такой иерархии фактически ведет к разным стандартам проверки информации в отношении разных стран и групп. Формально процедуры контроля могут сохраняться, писал он, но их демократическая функция в этом случае размывается.
Хиггинс подчеркнул, что важно учитывать, кто именно выдвигает подобные идеи. По его словам, речь идет не о «философских абстракциях», а о публичной идеологии коммерческой структуры, которая зарабатывает на контрактах с оборонными и миграционными ведомствами и чьи доходы напрямую зависят от продвигаемой политической повестки.
Споры вокруг госконтрактов в Великобритании
Резонанс от публикации почувствовался и в Великобритании. Часть британских политиков выразила сомнения в целесообразности дальнейших госконтрактов с компанией, которая уже получила заказы более чем на 500 миллионов фунтов, включая масштабное соглашение с Национальной службой здравоохранения (NHS).
Член парламента Мартин Ригли охарактеризовал манифест, сочетающий поддержку государственной слежки с применением ИИ и идею всеобщей воинской повинности в США, как нечто «между пародией на фильм про Робокопа и тревожной нарциссической тирадой».
Лейбористка Рэйчел Маскелл, ранее работавшая в NHS, назвала публикацию документа «крайне тревожной». По её словам, компания стремится оказаться в центре технологической трансформации обороны, и если она претендует на роль игрока, который будет формировать политический курс и направления инвестиций, её деятельность выходит далеко за рамки обычного поставщика ИТ‑решений.
