Источники: Путин склоняется к эскалации ради полного захвата Донбасса

Что говорят источники о намерениях Кремля?

По утверждению нескольких близких к окружению президента собеседников, Владимир Путин по‑прежнему нацелен на полный контроль над Донбассом и готов к дальнейшей эскалации боевых действий, несмотря на замедление наступления и локальные потери территорий в 2026 году.

Он считает захват Донбасса «делом принципа».

Факторы, не заставившие отказаться от плана

Даже сильные удары украинских дальнобойных дронов и связанные с ними сбоï в поставках топлива не изменили курса. По словам собеседников, в глазах руководства вопрос удержания и расширения контроля над Донбассом имеет приоритет над оперативными и экономическими сложностями.

Группа советников предлагала остановить боевые действия на текущей линии фронта. Им возражали тем, что политическая цель — полный захват региона — важнее, чем риски для экономики и бюджета.

Экономические и социальные риски

Советники предупреждали о нарастании проблем: дефицит в казне, спад ВВП и рост неплатежей в банковской системе, в том числе по кредитам, выданным промышленным и военным предприятиям. Тем не менее эти аргументы, по словам источников, не убедили высшее руководство отказаться от дальнейших операций.

Мобилизация и общественные реакции

Западные аналитики полагают, что эскалация может потребовать новой массовой мобилизации. В информационном пространстве циркулируют слухи о возможных призывах и ограничениях на выезд, а также о сроках, которые обсуждаются в закрытых каналах.

Сообщения о предстоящих принудительных призывах появлялись и затем оспаривались, однако общее беспокойство о новой волне мобилизации сохраняется.

Внешнеполитические и военные сценарии эскалации

По одной из оценок, следующий этап эскалации может включать удары по крупным промышленным объектам и портовым инфраструктурам на территории Украины. Впрочем, возможны и попытки спровоцировать напряжённость с НАТО через отдельные атаки за рубежом, что могло бы усложнить единую реакцию альянса.

Эксперты отмечают, что подобные действия вряд ли означают стремление к прямой войне с НАТО, но они способны посеять разногласия внутри альянса и стать политическим обоснованием для внутренних мер, включая мобилизацию.