Ограничения на отпуск топлива для частных автомобилей действуют уже в более чем 50 регионах страны и на оккупированных территориях. В ряде субъектов продажа бензина ограничена 50 литрами или «одним полным баком», в других фиксируется дефицит на значительной части АЗС, хотя формальных лимитов пока нет.
Главная причина дефицита — серийные удары беспилотников по нефтеперерабатывающей инфраструктуре. По итогам мая большинство крупных НПЗ в центральной части страны сократили или приостановили переработку. Ночью 12 июня был атакован завод «Танеко» в Нижнекамске — крупнейшее предприятие «Татнефти» — после чего переработка там была остановлена, а на автозаправках этой компании введены ограничения.
Ряд крупных нефтекомпаний также ввёл дополнительные ограничения продаж: запрещена реализация бензина в канистрах по всей стране, что связано с попытками ограничить неконтролируемый вывоз топлива и спекуляцию.
Аналитики оценивают, что в начале июня объёмы нефтепереработки упали ниже 4 млн баррелей в сутки — минимального уровня за последние два десятилетия — и почти треть мощностей НПЗ временно простаивает (порядка 2,14 млн баррелей в день). Эксперты предупреждают, что удар по энергетическому сектору привёл к масштабному сокращению предложения топлива.
На фоне сокращения предложения оптовые цены на топливо резко выросли. По данным Санкт‑Петербургской товарно‑сырьевой биржи, с начала года оптовые котировки бензина АИ‑92 выросли примерно на 30%, АИ‑95 — на 33%, дизельного топлива — около 40% до рекордных 75,9 тыс. рублей за тонну. Биржевая торговля авиакеросином практически остановилась, а внебиржевые цены достигли исторического максимума около 113 тыс. рублей за тонну.
Федеральная антимонопольная служба возбудила дело против трёх компаний, которых подозревают в сговоре на биржевых торгах: по версии ведомства, трейдеры скупали объёмы топлива, ограничивая доступ добросовестных участников и перепродавая по завышенным ценам.
«В России начинает формироваться полноценный топливный кризис. Пик сезонного спроса традиционно приходится на август–сентябрь, а признаки дефицита появились уже в июне. Если ситуация не стабилизируется, топливный фактор может стать ключевым драйвером инфляции во втором полугодии», — предупреждает стратег Ярослав Кабаков.
Если ограничения и перебои с переработкой и доставкой топлива сохранятся, это усилит давление на цены и повлияет на транспортные и бытовые расходы населения.
